Если война в море изменяет климат, то это должно было привлечь огромные политические вмешательства. Если есть существенные политические вмешательства в 2006, должно быть, были и в 1939, но к сожалению никто не знал тогда, что было под угрозой.  

1-ого сентября 1939, Германия начала наземную, воздушную и морскую атаку на Польшу. Вскоре, Нацисты развернули 5.000 самолетов над Польшей. 25-ого сентября 1939, 240 немецких самолетов бомбили Варшаву, сбрасывая 560 тонн бомб (включая первую бомбу в 1.000 кг). 30 транспортных самолетов сбросили 70 тонн зажигательных бомб.

Это исследование не заинтересовано военно-морской историей, а глобальным потеплением, соответственно изменениями климата. Описание военных событий в Европе с сентября 1939 требовало бы, чтоб любой исторический автор делал различие между действиями нa земле, в воздухе и в море. Военные аспекты интересуют нас настолько, насколько они действуют на климат.

Размер действительно имеет значение, если рассматривать эффект размешивания супа в чашке ложкой. В океанских терминах, моря Северной Европы представляют только 0.2 % от глобальной морской поверхности и не более капли из полного объема воды во всем мире (0.0026 %). Однако, они играют критическую роль, поскольку их размер представляет примерно одну треть Северо-западной Европы. Что касается эффекта 'переворота' морских зон, их глубины имеют важное значение.

К декабрю 1939, число главных военно-морских судов, принадлежащих Германии, Великобритании, Франции, Советскому Союзу и Италии составляло больше чем 1.000 судов (включая субмарины, торпедные катера, и т.д.), с суммарным весом в 2.8 миллионов тонн, плюс к этому не менее тысячи маленьких судов и катеров, работая как мино-уборщики, и т.д.

Насколько Великобритания была заинтересована, судоходство имело самое большое значение, таким образом, чтобы поддержать это, все усилия были задействованы. Атлантическое превосходство должно было гарантировать Великобритании достаточные запасы в любое время. Союзники ввели систему сопровождения без задержки, этот стратегический ход был очень успешным в течение Первой Мировой Войны. Система сопровождения была поддержана первым лордом Адмиралтейства Уинстоном Черчиллем, который когда-то сказал, что это был "доминировавший фактор, в течение всей войны… Битвы могут быть выиграны или проиграны, предприятия могут преуспевать или терпеть неудачу, территории могут быть получены или оставлены, но чтоб сдерживать всю нашу власть и продолжать войну, или просто поддерживать нас в живых, мы полагаемся на нашу власть над океанскими маршрутами и свободными подъездными путями и входами в наши порты"

Британские субмарины имели трудную задачу перехватить хорошо защищеннyю немецкyю перевозку груза вокруг Северной Европы прямыми торпедными атаками или миссияими разложения мин. Хотя Великобритания не сумела действовать в Балтийском море в течение Второй Мировой Войны, немецкие транспортеры, корабли снабжения и корабли эскорта понесли тяжелые потери из-за субмарин Королевской флоты, вынуждая немцев усвоить систему защитных сопровождений в Северном море или, с 1940, в Hорвежских водах. В течение Второй Мировой войны, британским субмаринам приписывали потопление 475 торговых судов, 105 военных кораблей и 36 субмаринов, и повреждение многих других.

Эта секция - о AПB, а именно, "анти-подводная война". Глубинная бомба это 'барабан', содержащий взрывчатые вещества с предохранителем, который взрывается на заданной глубине и который основан на гидростатическом давлении. Разработаная в 1916, в течение Первой Mировой Bойны, глубинная бомба могла взрываться на глубинах до 100м и содержала 150кг взрывчатых веществ. Было небольшое развитие этого оружия между войнами, c исключением 300-килограммового варианта. В начале Второй Мировой Войны, глубинные бомбы были по существу тем же самым оружием, котopoe было в конце Первой Mировой Bойны. Эта ситуация быстро изменилась.

В сентябре 1939, "Нью-Йорк Таймс" написал о методах охоты за немецкими подводными лодками: "Как только субмарин обнаружен, британские военно-морские планы, насколько они были известны до войны, применяли атаку знакомыми методами приложения глубинных бомб по образцу алмаза, дополненную, конечно, артиллерийским обстрелом и тараном, если субмарин был вынужден выйти на поверхность. Атака алмазного образца действовала так: разрушитель плывёт на полной скорости к месту, где предполагается что находится медленный и неуклюжей субмарин. Перед тем, как цель достигнута одна глубинная бомба заряжена. В последующие несколько секунд еще две заряженные бомбы выстреляны Y-орудием так, чтобы они приземлились с обеих сторон разрушителя. В передней части алмазного образца, другая глубинная бомба спущена сзади, немного далее от места где выстрелила Y-оружие. Таким методом большая часть моря была покрыта алмазным образцом. Эффект увеличен фактом, что бомбы рассчитаны на взрыв на различных глубинах, так чтоб область была покрыта не только горизонтально, но и вертикально. Взрывная волна современной глубинной бомбы значительна"

Ни немецкий флот, ни британский не имели полностью работающее воздушное оружие в начале Второй Мировой Войны. Немецкий Флот так и не имел до конца войны. Прибрежная Команда Британских Королевских Воздушных Сил начала работу в 1940. Однако, миссии авиа бомбардировки были многочисленны (британские самолеты в Гельголандской Бухте, а немецкие самолеты на восточном побережье Англии) или атаки на врага в открытом море. 3-ьего сентября 1939, у Великобритания было 2600 полностью функциональных самолетов; у немцев было не меньше. Ниже упомянуты некоторые из сотен событий происшедших в первые месяцы Второй Мировой Войны.

Между 100.000 и 200.000 морских мин были погружены в воду в течение осенних месяцев 1939-го. Большинство из них в Северном море и существенное число в Балтийском море.

Британцы успешно заминировали их восточнoe побережье от Дувра до Opкнeca в течение первых нескольких месяцев войны. Только в сентябре 1939, британские миннo-заградители “Приключение” и “Зуек” погрузили в воду 3000 мин поперек Дуврского пролива. Во второй половине сентября, заграждение было закончено с 3.636 мин для субмаринов, которые скоро дали результаты, Германия пoтерялa три субмарина в октябре. Британцы устроили Барьер Восточного Побережья, заграждение мин шириной в двадцать - пятьдесят миль, от Шотландии до Темзы, оставив узкое место для навигации между заграждением и побережьем. В начале января 1940 "Нью-Йорк Таймс" сообщил: "Британские военно-морские суда сеют некоторые из последних мин, необходимые для финального 30.000.000-фунтовoгo защитного щита Великобритании для перевозки груза по Bосточнoму Побережью, который является самым обширным минным полем когда-либо." Если предположить, что вес тех мин варьировал между 300 и 1.200 фунтов, тогда число мин, погруженных в воду только осенью по Bосточнoму Побережья, былo бы между 25.000 и 100.000 мин.

В начале войны, немецкий Флот погрузил в море большое минное поле, начинающееся с прибрежных вод Незэландса (в близи острова Tepшeлингa) и идущее на север поперек Гельголандской Бухты до входа Скагеррака, на расстоянии 50 - 100км от берега Шлезвиг-Гольштейна и Дании. Это заграждение было известно под названием "западная стена". В течение приблизительно трех недель, флот в не менее чем 25 военно-морских судов был занят погружением мин по "западной стене".

Число мин, погруженных в течение рассматриваемого периода могло быть где-то между 20.000 и 200.000. Но так как расстояние от Tepшeлингa до 56°30' Северной широты приблизительно 350 километров (170 морских миль) и 25 военно-морских судов могли положить тысячу мин в день, разумно предположить, что к концу года, морской флот Pейхa поместил где-то между 50.000 и 100.000 мин.

Война только началась, когда греческое судно "Kocти" весом в 1.555 тон попала на немецкую мину, две мили к югу от Фaлcтepбa/Швеция, 4-ого сентября, и утонуло после ужасного взрыва в минном поле на юге Большого Бельта и на западе Датского острова Зеландии. Датское Правительство обнародовало планы установки мин в собственных водах. С самых первых дней войны, немцы разложили приблизительно 1.000 мин на входе в датские воды, и они продолжали расставлять мины и в течение осени. В начале ноября, бури ослабили несколько сотен мин в немецком минном поле, дрейфуя их к Копенгагенскому берегу, где некоторые из них взорвались, ломая окна и пугая граждан с их потрясающим шумным взрывом.

Уборка мин было другим особенно эффективным средством взбалтывания и переворачивания огромных морских зон день за днём, с самого начала войны. Стандартная мина это была пришвартованная контактная мина, плавучий материал заполненный до 1000 кг взрывчатого вещества. Чтоб избежать взрыва, специальные суда использовали отдаленные средства чтобы отрезать цепь или провод, которая держала мины на плаву. Иногда, мины взрывались перед достижением поверхности, а если достигли поверхности, они были взорваны выстрелами из винтовки.

В ноябре 1939, появились магнитные мины. Они могли были быть разрушены только принудительным взрывом. С климатической точки зрения, это был худший сценарий. Мина взрывалась в ее местоположении, на глубине 20 или 50 метров, таким образом становясь причиной самого большого эффекта "взбалтывания". Контрмера состояла в дезактивации 'магнетизма' судна так, чтобы оно могло проплыть около мины, не активируя её.

Разрушение в море во время войны обычно считалось в затонувших тоннах торговых кораблей или в разрушенных вражеских военно-морских судов. В течение осени 1939-го года потеря торговых судов была уже приблизительно 380 с суммируемой массой в 1 миллион тонн, из которых британские, Союзнические и Нейтральные силы насчитали 320 судов и приблизительно 900.000 тонн.

Мы все знаем о внимании, обращенном сегодня на драму только одного судна, которое тонет в море. Хорошо, вообразите, что в течение осени 1939-го тонули по три судна в день и что эта ужасная ситуация длилась на протяжении четырех месяцев.

Хотя физические законы - те же самые для горячего супа как и для "размешиваемых" морей, ситуация становиться более сложной, когда военно-морские действия происходят в Северном и Балтийском Морях. Это потому что местоположение, сезоны и действующие силы другие, и не имели бы такого значения, если бы наука организовала всесторонний и достаточный охват температурных измерений по всему телу морской воды, за долго до этого. Но такая система не была доступна перед Второй Мировой Войной, и все еще не доступна сегодня. Только несколько прибрежных станций делали запись морских поверхностных температур более длительный период времени. Это безусловно слишком незначительно для исследования климата. Только полная картина изнутри морей и океанов помогла бы нам обнаружить и понять курс и изменения климата.

Но когда моря - те, кто определяют темп погоды и климата, можно 'повернуть стол' при использовании метеорологических данных и цитируя отклонения от обычных атмосферных зимних условий, отклонения, которые происходят из-за оборачивания вод Северного и Балтийского Морей.

Северное море - один из основных факторов в европейской климатологии. С одной стороны, Северное море - часть Североатлантического Океана и имеет аспект большой бухты. С другой стороны, море рисует кривую поверхность в континентальную глубь европейского континента. Поэтому климатические условия являются временными, а климат ни морской, ни континентальный. Однако, из-за его географического местоположения, преобладающие западные ветры, дующие через полушарие в пределах зоны 2.000-километровой ширины, обычно гарантируют умеренный влажный климат.

Из-за мелкости и приливно-отливных сил водного тела, его температурная структура может быть описана как однородная (от поверхности до дна), с маленькими отклонениями, как указывают средние температуры: декабрь (8.5° Ц ), январь(6.5-7° Ц ), февраль (5.5° Ц ), март (5° Ц ), апрель (6.5° Ц ), что говорит о том что вода у побережья, имеет более низкие температуры в течение зимнего сезона.

В марте, самые низкие ежегодные средние температуры поверхности воды располагались между 7° Ц на северо-западе (Атлантическая вода) и 4.5° Ц на юго-востоке (Голландское побережье). В конце августа, самые высокие средние температуры поверхности воды располагались соответственно (С/З и Ю/В) между 13° Ц и 17.5° Ц в Гельголандской Бухте.

С мая до августа, образовывается горизонтальный термоградиент, который уменьшается в течение осенних месяцев. Температура увеличивается на более низких глубинах (например 20м, 40м) осенью, и уменьшается ко дну (60м). Поэтому возможно что все водное тело было более теплым в сентябре чем в августе. Даже если, после вычисления 'ежемесячных средних чисел', мы получаем только приблизительные данные, это дает знать о ежемесячном уменьшении температуры (или о выпуске энергии) в маленьких количествах: от 11° Ц в августе к 4.5° Ц в марте, то есть, в среднем, это могло быть примерно один градус в месяц.

С точки зрения размера, Балтийское море - не более чем 'капля' воды во всемирном океане, но благодаря его стратегическому местоположению и определенным особенностям, оно представляет 'существенную' силу и влияет на погоду стран, окружающих это море. Это - превосходное место для исследования климатологии.

Вся площадь Балтийского моря имеет 400.000 квадратных километров, со средней глубиной 55м (включая Ботнический залив, 55-294м и Финский залив, 30м). За исключением восточной части (Бухта Гдыни с максимумом в 114м), южное Балтийское море - меньше чем 50м в глубину. Важная климатическая особенность этого моря это горный хребет высотой в 2500м, идущий от севера до юга Норвегии и пирующий острую линию между морскими и континентальными областями. Континентальный и полярный воздух поступает намного легче за этим барьером, чем поступает в области где Атлантический воздух передвигается на восток на более низком уровне. Это главным образом гарантирует теплое лето Балтийским странам, значительно задерживая прибытие континентальных зимних условий. Едва ли есть другое море в северном полушарии, которое может так убедительно иллюстрировать важность хранения и процесс освобождения теплой температуры в течение всех сезонов, так как это делает Балтийское море.

Западноевропейская погода известна преобладающим потоком ветра, дующего от Североатлантикa выше Eвро-Aзиатскиx континентальных масс (с запада на восток). Ветер приносит теплый воздух от низин, но впитанный влажностью от океана. С другой стороны, антициклоны влияют на погодные условия высоким давлением воздуха вместе с сухими и холодными массами воздуха.

Северное и Балтийское Моря играют свою роль согласно физическим законам. К концу августа, они достигли самой высокой сезонной вместимости теплоты. В это время, верхняя водная колонка (до 30 метров в глубину) примерно на 10°Ц более теплая чем шесть месяцев назад, в марте. Если никакие неестественные явления не взбалтывают морские воды, то только обычные зимние ветры и штормы делают волны, и только внутренние потоки обменивают холодную воду с теплой водой на поверхности моря. В таком случае, сезонное охлаждение (с сентября до декабря и до марта) происходит постепенно, но близко к долгосрочному статистическому среднему числу. Именно это климатология говорит с тех пор: "климат - средняя погода за длительный период времени".

В предыдущей секции, мы представили краткий обзор ветров, изменяющих направление и блокирующих влияние циклона в Западной Европе. Мы видели, как чрезмерное испарение заставило воздух втечь с Cеверо-Bостока. Но что случилось с увеличенной влажностью воздуха? Какая цепь физических явлений была приведена в движение?

Первое и самое важное обстоятельство: когда меньше влажности в воздухе, холодному воздуху легче взять контроль. В течение зимнего сезона, когда Северная Атмосфера более суха, общее уменьшение круговорота облегчает движение полярного воздуха к южным широтам, что определяет более низкие температуры во многих других областях. Некоторые могут даже удивится появлению таких арктических условий. Январь 1940 отразил точно такую ситуацию. Северная Америка, Китай и Европа были заморожены чрезвычайно низкими температурами и было много снега везде. Сначала рассмотрим чрезмерный дождь в Западной Европе а затем, в последующей секции этой главы, рассмотрим ситуацию Северной Америки осенью 1939 и в январе 1940. Однако, рекордная зима 1939/40 в Северной Европе была 'самодельная' из-за военно-морской войны в ее морях и из-за сформирования 'сухого воздуха', которые, возможно, были ответственны за чрезвычайно холодный месяц января 1940 всюду по Северному полушарию.

Можно рассмотреть вопрос с двух сторон:

1. откуда появляется так много водного пара?

2 как он был доставлен?

'Создание дождя' в Европе имело очень интересное последствие с другой стороны земного шара. В конце осени 1939, США 'иссякли' после получения очень маленького процента нормальных осадков: в октябре 78%, в ноябре 44% и в декабре 71%. 7-ого января 1940, "Нью-Йорк Таймс" сообщил что ноябрь был необычный месяц из-за его сухого воздуха. Согласно американскому Метеобюро "сезон ливня был чрезвычайно сухой по большим областям. От Каменистых Гор нa восток это был самый сухой сезон ливня на отчете, рассматривающем область как единое целое."

Обледенение по Датским, Немецким и Финским побережьям началось рано, и морская ледовая обстановка длилась дольше чем во множестве предыдущих лет. Это доказывает, что морская вода по всем побережьям также была холоднее для того времени года.

В то время как предыдущая глава описала серьезность военной зимы 1939/40 с одной стороны, и военно-морские действия в течение четырех довоенных месяцев с другой стороны, эта глава попыталась связать антропогенные причины с соответствующими реакциями в региональной окружающей среде. Поскольку флоты взбалтывали огромные морские области, испарение морей увеличилось и в конечном итоге изменило преобладающие ветра, уменьшило движение Атлантической низины на общих маршрутах и вызвало рекордные отклонения температур морских вод. По крайней мере в одном случае, наращивание ледяного состояния моря в Северном и Балтийском Морях доказывает несколько аспектов военно-морской войны и ее вмешательство в экологические проблемы.